Интервью режиссера телеверсии концерта «Бастау» Льва Мариупольского
ИНТЕРВЬЮ
Почему телевизионная версия концерта сильно отличается от фанкамов, как режиссер настраивается на работу в новом проекте и что общего у Димаша и Батырхана Шукенова, на эти и другие вопросы режиссер телеверсии концерта «Бастау» Лев Мариупольский ответил в интервью Мультикультурному клубу.
— Здравствуйте, господин Мариупольский! Сегодня мы беседуем с Вами от имени Мультикультурного клуба Димаша. Вы пользуетесь репутацией одного из лучших профессионалов в своей области. Расскажите, пожалуйста, о себе: кто Вы по образованию, о Вашей профессиональной карьере.
— Я учился в медицинском институте, но работаю телевизионным режиссером. Это был непростой путь… Моя телевизионная карьера началась в 1992 году. Достигнув определенного уровня на этом пути, я счастлив, потому что имею возможность работать с интересными людьми — и не только с режиссерами, но и артистами, хореографами и многими другими.
— Вы работали в качестве телережиссера на концерте Димаша «Бастау» в Астане. Как это стало возможным?
— Да, как телережиссер я работал на концерте Димаша «Бастау». Это стало возможным, потому что меня пригласил казахстанский «31-ый Канал» сделать телевизионную версию концерта. Задача была непростая, так как помимо того, что надо было снять сам концерт, нужно было еще провести около 20 минут прямого эфира для «31-го Канала».
— У Вас была очень ответственная роль в этом проекте. Насколько, как профессионал, Вы остались довольны этой работой: все ли получилось, как намечалось, были ли какие-то особенные трудности?
— Как режиссер я остался не очень доволен этой работой, потому что были особые сложности, которые надо было преодолевать. К примеру, для Министерства культуры, которое являлось одним из организаторов концерта, такой концерт был первым или одним из первых подобного рода проектов, оно было немного не знакомо с логистикой зрителей на площадке и по этой причине возникали некоторые сложности со съемками, но, в целом, мы их решили. Работа получилась достаточно интересной. А технические трудности — замена световых приборов или смещение линейки — широкому зрителю будут, вероятно, малоинтересны.
— Как известно, на концерт приехали поклонники Димаша из десятков стран и организаторам пришлось увеличить количество мест на арене. Доводилось ли Вам ранее работать на мероприятиях подобного масштаба? Как лично Вы оцениваете концерт?
— Это не совсем верно. Количество мест на арене невозможно увеличить, оно стандартное. Видимо, расширили трибуны, а также ту часть, которая была закрыта для продажи, открыли… Конечно, мне доводилось работать на подобного рода проектах. На этой же арене, к примеру, мы делали самый первый эвент после ее открытия. Назывался он «Аскактай бер, Астана!», это мероприятие было посвящено Дню рождения столицы Казахстана.

С моей точки зрения, концерт «Бастау» получился очень интересный, в нем было много неожиданных решений, хотя в силу технических причин нам было очень неудобно снимать — сцена была неглубокая, но, тем не менее, впечатление она оставила яркое.
— У Вас есть постоянная команда? И насколько она большая?
— Мне сложно сказать, что у меня есть постоянная команда, скорее, есть профессионалы, которые очень хорошо знают и умеют делать свою работу. В общем, это костяк профессионалов, с которыми я работаю достаточно регулярно и их довольно много. К примеру, на «Бастау» у меня было 18 камер. Это значит, как минимум, 18 операторов. Был также приглашен один оператор из Украины. Так что команда была довольно большая.
— Как Вы оцениваете общее настроение во время концерта? Может какой-то момент запомнился особо?
— Настроение во время концерта? Если говорить про публику, то она была, по-моему, счастлива на грани истерики, если говорить обо мне, то пару раз я был очень напряжен. Но это происходило из-за технических проблем, а не творческих. Сам я во время концерта стараюсь быть предельно нейтральным, совершенно индифферентным к происходящему, так как считаю, что именно в таком состоянии можно принимать трезвые решения, можно продуктивно работать. Хотя, конечно, когда ты работаешь, погружаешься в тему, в материал, то какие-то вещи производят на тебя впечатление, это вдохновляет, добавляет какого-то «изюма» к производству концерта, к каким-то монтажным или съемочным решениям.

Мне трудно сказать, какой момент запомнился особенно, ведь я присутствовал на всех репетициях, я знал программу концерта от начала до конца. Более того, все номера были расписаны посекундно — что в какой момент надо делать. Это все включает в себя подготовительный период, когда идут репетиции, для того, чтобы иметь возможность максимально интересно показать происходящее. Какие-то спонтанные вещи, несомненно, случаются, но основное все уже заранее продумано. Но экспромт на «Бастау», конечно, был…
— Как много времени ушло на подготовку к концерту и на что пришлось обратить особое внимание? Что потребовало от Вас полной концентрации всех навыков и опыта? Возможно, какие-то особые пожелания были у самого Димаша или его команды?
— К концерту начали готовиться задолго. Я обычно прошу дать мне фонограммы песен, выступлений, хотя бы за две недели до начала концерта, чтобы иметь возможность их прослушать, чтобы сделать их для себя привычными. Методика у меня такая — я слушаю их в машине, когда еду или слушаю со смартфона, когда начинаю интенсивно готовиться к работе. Это очень полезно, потому что ты привыкаешь к ритму, выучиваешь незнакомые песни, остановки, паузы, ускорения — это помогает потом в работе. На концерте было много танцев, много спецэффектов — и это требовало особого внимания, потому что не показать какой-то запланированный трюк — это плохо, это непрофессионально. Кроме того, было ожидаемо большое количество зрителей. Поэтому надо было много готовиться к съемке их реакций на концерте.

Нет, особых пожеланий у Димаша не было. Все пожелания, которые он высказал, были учтены. У режиссеров концерта были свои пожелания, и мы их, несомненно, выполнили.
— Вам удалось лично познакомиться с Димашем? Какое он произвел на Вас впечатление?
— Да, конечно, удалось, если мы с ним работали и общались в рабочей обстановке. Я могу сказать, что Димаш — это артист, это достаточно скромный человек, и по состоянию на тот момент, человек, который, несомненно, осознавал собственную звездность, но никак ею не пользовался, и это было очень приятно.
— Вы сами слушаете музыку Димаша? Может, у Вас есть любимая песня из его репертуара?
— Я не слушаю Димаша, но когда я готовился к концерту, мне особенно понравилась песня Димаша «Махабат, бер маган, тагдыр».
— Могли ли Вы во время записи концерта также сами получать удовольствие от него или это просто работа, которой Вы были полностью поглощены?
— В момент концерта, для меня это, прежде всего, работа, а удовольствие появляется потом, уже от проделанного. Я могу только сказать, что был полностью поглощен работой, у меня не было времени на удовольствия.
— Был ли концерт записан или это была прямая трансляция? Обычно фанатам всегда мало артиста в эфире: к примеру, всегда хочется видеть, как он танцует. По этой причине на Ютубе фанатские видео с концертов (фанкамы) порой набирают больше просмотров, чем профессиональная запись того же концерта. Что будет в телеверсии — это все решает режиссер телеверсии, руководствуясь общими принципами: смена кадров, планов и т. п. Как это было в случае с «Бастау»?
— Концерт «Бастау» был записан, но 20 минут времени концерта вышло в прямом эфире казахстанского «31-го канала»… Если говорить о монтаже концерта, то мы сделали полную версию концерта и все, что говорил Димаш, было воспроизведено. Сам Димаш ничего не предлагал вырезать, оставлено было абсолютно все. Что касается танцев и его танцующего: как режиссер телеверсии я решал, как должно все выглядеть на экране, для того, чтобы поддерживать общую динамику. Так как в идеях режиссеров и хореографа было заложено взаимодействие Димаша и танцевального коллектива, куда входило, кажется, около 60 человек, и не показать такое зрелище для зрителей, которым интересен не только Димаш, но и сам постановочный контекст, было бы неправильно. В целом, я полагаю, что фанаты не отдают себе отчета в том, что такие постановки как раз подчеркивают то, что нужно подчеркнуть в Димаше, как в артисте. Соответственно, в случае с «Бастау» все, что нужно было сохранить и показать, было сохранено… К вопросу о том, должна ли отличаться версия концертов для фанатов от телеверсии для обычных зрителей. Понятно, что фанатам хочется видеть только артиста на экране… Можно было бы даже провести эксперимент (если мне доведется еще раз снимать его концерт) и записать две версии концерта — обычную версию и такую, где только артист на экране крупным планом. Затем выложить эти версии на Ютуб, чтобы посмотреть, сколько просмотров наберет крупный план. Думаю, на двадцатой минуте крупный план может наскучить… Хотя, фанаты, конечно, люди совсем другие…
— Были ли Вы на репетиции концерта накануне? Если да, были ли там интересные моменты, которых не может быть в чистовом варианте? И в курсе ли Вы, что за техническая проблема вынудила задержать начало самого концерта? Возможно, это произошло «по вине» кого-то из участников?
— Как уже было сказано, я присутствовал на всех видах репетиций «Бастау». Все интересные моменты, которые были запланированы на концерте, а также все те, что не были запланированы, все вошли в чистовой вариант, ничего не было упущено. Потому что задачу этой съемки я видел в том, чтобы как можно более полно показать талант исполнителя. И подчеркнуть все его возможности, насколько это возможно средствами телевидения.
Как правило, задержки начала концертов связаны не с участниками, а с какими-нибудь логистическими сложностями. К примеру, чаша арены не успела заполниться, опоздавшие люди стоят на входе, и делается задержка, чтобы они могли успеть занять свои места к началу шоу, потому что потом становится существенно темнее и сложнее ориентироваться на арене.
— Вы были знакомы с известным казахстанским певцом и музыкантом Батырханом Шукеновым, работали с ним. Для Димаша Батыр абсолютный пример для подражания, он называет его любимым казахским певцом, слушает его песни и исполняет их. Можете ли Вы как-то сравнить этих двух певцов?
— Я не знаю, можно ли сравнивать этих двух артистов. Они представляют разные жанры, потому что Батырхан, в первую очередь, саксофонист, как он сам себя позиционировал, а Димаш, прежде всего, артист вокального жанра. Я не знаком с ним, как с инструменталистом, он, наверняка, многое умеет делать, но первая и главная его позиция — это вокал. И это их отличает в первую очередь. То, что их объединяет, это — эмоциональность, умение держать себя на сцене, выкладываться на сто процентов. Я думаю, Димаша и Батыра можно сравнивать в более зрелый для Димаша период, надо подождать еще какое-то время и посмотреть, куда разовьется его потрясающий талант.
— Спасибо Вам за интервью!

Информация
Переводы: Anna Ludwig-k, Irina Gaikalova, Alex HD Zehn.

Благодарим за интервью Мультикультурный клуб.